Комментарий на инициативу Матвиенко о независимости института омбудсменов в России

Новости

Изначально должность уполномоченного по правам человека (и ребенка в частности) с непроизносимым по-русски названием «омбудсмен» была навязана нашей стране в рамках  международных Конвенций по правам человека и пр. Цель вводимой структуры очевидна. Права человека (ребенка) – это тот троянский конь, на котором, как мы видим по серии цветных и арабских революций, американские и проамериканские «консультанты» входят в управление страной.  Вокруг мифических прав ребенка строится целая система ювенальной юстиции, о которой уже много написано в СМИ. Институт уполномоченных по правам – одна из ее составляющих частей, наряду с телефоном доверия, бэби-боксами, правом досудебного изъятия детей из семьи, «ранним выявлением и профилактикой безнадзорности» (а по сути – установления контроля над семьей), размытым понятием «насилие над ребенком» и пр. Конкретно, уполномоченный по правам ребенка в нашей стране наделен полномочиями вмешиваться в работу государственных органов, влиять на решения, касающиеся судьбы ребенка и семьи, участвовать в суде по семейным спорам. Это называется «сотрудничество с государственными органами», но по сути аппарат уполномоченного сам является отдельной гос.структурой. То же самое наблюдается и в других западных странах. Везде уполномоченный по правам ребенка тесно «сотрудничает» со службами «защиты» детей: в Норвегии с «Барневарн», в Голландии с «Йогдзорга», в Германии с «Югендамт» и т.д. Таким образом, омбудсмен – это такой же элемент созданной в западных  странах системы ювенальной юстиции, которую планомерно вводят и у нас. Жесткость служб «защиты» детей многократно освещалась в наших СМИ – семья, попавшая под «прицел» детозащитников=детопохитетелей обречена на страдания и потерю ребенка. Почему при этом бездействует омбудсмены и зачем они тогда нужны - другой вопрос. Самое вопиющее в этих системах является, на наш взгляд, то, что обвиненным родителям некуда обращаться за помощью. Вышеозначенные службы неподконтрольны национальным гос.структурам, а имеют некое внешнее международное руководство. Получается, что внегосударственные международные структуры имеют полный контроль и власть над семьей через своих представителей – правозащитных служб  и различных омбудсменов. Ярким примером, иллюстрирующим замкнутость, непрозрачность и не подконтрольность ювенальных служб может служить судьба Маши Захаровой и актрисы Натальи Захаровой. Доведенная до отчаяния мама через российского президента В.В. Путина обращалась за помощью к французскому президенту Шираку за помощью - тщетно. 18 раз она встречалась с Н.Саркози – тщетно. Ответ французского президента – «Данные службы нам не починяются».

К счастью в нашей стране институт уполномоченных введен с оговорками. Федеральный уполномоченный находится при Президенте, а региональные уполномоченные назначаются (а, следовательно, и снимаются) губернаторами и местной думой. Таким образом, эта служба вписана в государственную вертикаль власти. Да и сами омбудсмены подкачали чаяния «детозащитников». Вместо того, чтобы насаждать миф о мифических правах ребенка, многие из них действительно защищают права детей. Многие встали на позицию Президента России и проводят политику сохранения традиционных семейных отношений. В частности, Астахов П.А. регулярно отслеживает судьбу российских детей, усыновленных иностранными гражданами и защищает их права. Но есть и другие. Печально известная омбудсмен по Петербургу Агапитова С.Ю. выступила против позиции Президента России В.В. Путина по запрету вывоза детей заграницу и напротив, в обход «закона Димы .Яковлева» способствует вывозу русских детей в США. Это не могло не вызвать возмущение общественности в нашем городе и в предвыборную компанию данного омбудсмена мы заострили внимание на неэффективной работе Агапитовой С.Ю. Выборы детского омбудсмена в СПб на следующий срок были трудными, а кандидатура Агапитовой С.Ю. продавливалась, по-видимому, с привлечением гос.ресурса. Недавно Матвиенко В.И. обратилась к Президенту РФ с предложением вывести институт уполномоченных по правам из-под президентского патроната. Мы не можем сказать с уверенностью связаны ли между собой потенциальная возможность быть «уволенной» с поста уполномоченного по правам ребенка по Санкт-Петербургу Агапитовой С.Ю. и указанное выступление Матвиенко В.И.?  Однако, такой вывод напрашивается из всей тенденции внедрения у нас ювенальной юстиции западного образца, где ее составляющие структуры не подчиняются государству.

Вернемся к предложению Матвиенко. Вот ее обращение: «У нас действует, как Вы знаете, институт уполномоченного по защите детства. Этот институт очень важный, безусловно, и нужный стране. Он был создан в своё время Указом Президента. В Совете Европы и других международных организациях считают, что уполномоченный при Президенте – всё-таки это должен быть независимый институт, который бы самостоятельно работал.

Мы полагаем, что нужен закон об этом институте, об уполномоченном по правам ребёнка, чтобы в законе всё было прописано чётко и ясно, чтобы этот институт работал самостоятельно на законодательной базе. Мы также подготовили (в связи с тем, что мы накануне Дня защиты детей) такой проект закона. Я прошу Вас также дать поручение рассмотреть его и, если на то будет согласие, его принять»

Обратим внимание на фразу «В Совете Европы и других международных организациях считают …». Мы и без госпожи Матвиенко прекрасно знаем, что считают в ЕС о России и  в каком качестве  нас «европейские партнеры» хотели бы видеть. Но почему отдельные руководители  России, такие, как Матвиенко, проводят  на территории России политику Совета Европы и продвигают интересы западных стран? По сути - это попытка создания в России отдельной независимой ветви власти, подчиненной и курируемой Европейским союзом.  Неужели государственный служащий такого уровня, как Матвиенко В.И. не понимает далеко идущих последствий таких предложений?

Что еще собирается «улучшить» Валентина Ивановна в работе омбудсменов?

Предлагается наделить детских омбудсменов правом законодательной инициативы. Итак, институт, созданный для проталкивания в России «европейских ценностей» и прислушивающийся к внешним кураторам, получит право на внесение законодательных инициатив.

Еще одна инновация Матвиенко: «будет прописан механизм, который обяжет должностные лица реагировать на обращения детских омбудсменов по поводу того или иного ребенка, что в настоящий момент, по мнению региональных омбудсменов, остается без должного внимания» http://izvestia.ru/news/588302 Переведем на язык реальности. В настоящий момент органы опеки могут прислушаться к мнению омбудсмена, а могут и нет. После принятия указанных поправок  у них не будет такой возможности. Еще раз подчеркнем - учитывая «заграничные корни» омбудсменов, наша социальная служба ставится в опосредованное подчинение международным  структурам.

Как написано в выше указанной статье, ряд высоко поставленных чиновников – Астахов П.А., Мизулина Е. Б.  приветствуют данную инициативу. Мы не можем разделить их радости, глубоко озабочены перспективой внедрения данных новаций и будем внимательно следить за продвижение этого законопроекта.

 

Дорогие друзья!

Наша деятельность ведется на общественных началах и энтузиазме. Мы обращаемся к Вам с просьбой оказать посильную помощь нашей экспертной и правозащитной деятельности по защите традиционной семьи и детей России от западных технологий и адаптированных с помощью лоббистов законов. С Вашей помощью мы сможем сделать еще больше полезных дел в защите традиционной Российской семьи!

Для оказания помощи можно перечислить деньги
на карту СБЕРБАНКА 4276 5500 3421 4679
получатель Баранец Ольга Николаевна
или воспользуйтесь формой для приема взносов:
ШКОЛЬНЫЕ КАРТЫ «ПРОХОД-ПИТАНИЕ» КАК НАРУШЕНИЕ ЗАКОНОВ И СПОСОБ ВНЕДРЕНИЯ ТОТАЛЬНОГО ЭЛЕКТРОННОГО КОНТРОЛЯ
Атака на гражданские права: теория и практика юридической борьбы с электронным ГУЛАГом